14. Свидетельство о небе


 

Братьям и сёстрам, всецело посвятившим себя
служению Господу, должно быть известно, что среди
народа Божия нет больших страдальцев, чем люди,
возвещающие истину Господню. Эти люди, как
правило, у всех на устах, их не любят и поносят, о них
слагают разные небылицы и распространяют их,
поэтому они, как никто другой, поймут, почему я так
скучаю по небу.

Но прежде, чем начать своё свидетельство, я хотел
бы очень коротко рассказать об одном событии,
которое произошло незадолго до того, как Господь
взял меня на небо.

В наш город приехала одна сестра. Люди, в доме
которых она остановилась, оказали ей должное
внимание, позаботились о ней, и церковь не осталась в
стороне, предоставив сестре возможность участвовать
в служении. Но вскоре мне стало известно, что она
ушла от мужа. Узнав об этом, я отстранил её от
участия в служении до тех пор, пока она не решит
свой семейный вопрос. В беседе с ней я сказал, что
она должна примириться с мужем и вернуться к нему,
потому что они сочетались христианским браком, и
никакие её аргументы не могут оправдать её поступка.
За эти слова она обиделась на меня, даже
обозлилась. Но, несмотря на это, я благословил её и
предупредил, что если она не покается и не
примирится с мужем, то с этим грехом не сможет
войти в Царство Божие.

Далее я должен был вынести этот вопрос на
церковь, но как правильно осветить его, я не знал.
Господь сказал мне всё, о чём я должен говорить и
назвал место из Писания, где говорится о том, что мы
не имеем права приветствовать и принимать у себя в
доме верующих, сознательно нарушающих заповеди
Господни (2-Иоан.1-9-11).

Но я не решился во время собрания передать слово
от Бога полностью, а ограничился лишь местом из
Писания с подробным его пояснением, так как не
хотел обидеть ни людей, принимавших её, ни саму
гостью.

Забегая наперёд, скажу, что всё, о чём я не сказал в
церкви, я сказал при личной беседе с теми людьми,
передав им слова Господа о том, что они, зная учение
Христа, не должны пренебрегать Писанием, и поэтому
не имеют права принимать её в своём доме. Я сказал
им также, что, приветствуя её, они приветствуют и
грех, живуший в ней, и невольно становятся её
соучастниками, и рано или поздно этот грех станет
причиной раздора в их семьях.

Они не приняли моё предупреждение, и проблема
не заставила себя долго ждать.
Возвращаясь к событиям воскресного дня,
добавлю, что помимо малодушия, проявленного мною
в церкви, которое уже начало тяготить мою душу, я
имел неприятности: после собрания ко мне подошли
близкие мне люди и сильно «побили» меня словами.
Дома, всё ещё продолжая находиться под
впечатлением от неприятных событий, происшедших
в церкви, я пал на колени и стал молиться: «Господи, я
понимаю, что допустил ошибку, не полностью
исполнив Твою волю. Прости меня! Вокруг столько
протеста и непонимания, что я не осмелился ещё
больше накалять обстановку. Господи! Зачем я в
прошлый раз согласился вернуться на Землю?! У меня
больше нет сил жить здесь!»

Ко мне подошла жена и начала утешать меня:
«Через какие только испытания мы не прошли, значит,
и через это надо пройти. Бог не даст тебе испытания
сверх твоих сил. Для чего-то всё это нужно. Только
очень прошу тебя, не допусти ропота. Будем
молиться, и настанет день, когда мы придём на небо и
обо всем этом забудем». Когда мы легли спать, я всё
ещё плакал и не мог уснуть. На душе была скорбь
оттого, что произошло. Господь хочет спасти как
можно больше людей перед Своим Вторым
Пришествием, но люди отказываются верить в то, что
мы живём в последнее время, и не хотят принимать
слово, через которое Бог хочет очистить их души.
Это всё, что я помню о происходившем в тот
вечер.

Дальше Катя рассказала, что я долго говорил с
Богом, ещё и ещё раз просил у Него прощения, каялся,
молился, а потом резко повернулся на спину, поднял
руки к небу и продолжал плакать и молиться на иных
языках. Последними словами были: «Свят, свят
Господь Саваоф! Вдруг руки резко упали, и на этом
жизнь прервалась. Сердце перестало биться – пульса
не было. Но после того как я произнёс «Свят, свят
Господь Саваоф», весь дом наполнился славой
Божией и Его присутствием. Необыкновенная Божия
сила и радость сошли на Катю, после чего она всю
ночь провела возле меня, мёртвого, молилась, не
испытывая при этом никакого страха. Она говорила,
что плакала не потому, что я умер, а потому, что
переживала сильное Божие присутствие.

А теперь я расскажу вам о том, чего не видела моя
жена. Когда я молился, пришёл Ангел и, встав возле
моей кровати, спросил меня: «Почему ты не сказал в
церкви слово, которое Господь поручил тебе сказать?
Ты лишил народ возможности узнать правду. Грех на
тебе, и Господь взыщет с тебя за это».
Мне стало очень страшно, и я начал каяться и
просить у Бога прощения. В тот же момент ко мне
обратился Господь: «Я послал Ангела забрать тебя».
Как я обрадовался! «Слава Богу, – подумал я, –
наконец-то домой!» И тут же вижу, как по обе
стороны от меня стеной стоят Ангелы и рядом
Христос, от Которого исходил божественный, ни с
чем не сравнимый свет.

Хочу сказать вам, что душа выходит из тела
быстрее, чем человек успеет моргнуть глазом. В тот
момент, когда мои руки упали, душа тотчас вышла из
тела, и я видел своё тело и Катю уже со стороны.
Как только я оказался в мире ином, исчезли
абсолютно все родственные чувства к жене и детям.
Мы с Ангелом поднялись вверх и вышли. Крыльев
у нас не было. Мы очень быстро шли. При этом было
такое чувство, что мы сидим в самолёте, смотрим в
иллюминатор и видим, как всё проносится мимо нас с
неимоверной скоростью.
– Мы просто идём, а всё так быстро мимо нас
пролетает, – заметил я.
– Если бы ты только знал, с какой скоростью мы
идём! – сказал Ангел. Сейчас мы проходим там, где
побывали космические корабли. По земным меркам
это очень высоко, но по сравнению с тем, куда мы
идём, это невысоко. По ходу Ангел рассказывал мне о
строении планет и о том, как всё потом
видоизменится.
Наш путь проходил как бы по освещённому
светом коридору, и, приближаясь к цели, луч света
становился всё ярче и ярче, мы подошли к воротам и
оказались в необыкновенной славе и сиянии Сына
Божия и Ангелов Его!
А какие звуки музыки! После моего возвращения
эти неземные мелодии и ангельское пение звучали в
моём сердце день и ночь несколько месяцев подряд.
В христианских песнях нередко можно услышать
слова про Христа, но музыка – адская. Как это
страшно, братья и сёстры.

Со всех сторон в сопровождении Ангелов шли
люди, и все мы встречались там. Каждый находился в
трепетном ожидании своей очереди. Называлось имя
человека, а затем отзыв о его жизни.
Приведу пример. Стоял очередной человек. После
того как были перечислены все его достоинства, было
сказано: «но за то, что ты не мог простить брата,
пойдёшь в место, где ожидают суда Божия».
– Господи! Я ведь двадцать пять лет в лагерях
сидел за веру в Бога, – взмолился брат
– До суда! Не начало спасает, а конец, – таков
был окончательный ответ.
Сколько человек перенёс страданий, скитаний в
лагерях, и такая, казалось бы, мелочь, как «не смог
простить брата», и уже не попал в число Церкви.
Называлось много, на наш взгляд, незначительных
огрехов, из-за которых люди были отправлены в
место, где ожидают суда. И в этом нет ничего
удивительного, ведь написано, что в Царствие Божие
не войдёт ничто нечистое (Откр.21:27): ни дела, ни
слова, ни помыслы.

Забегая наперёд, скажу, что когда я уже
прошёл через ворота, Христос там беседовал со мной,
Он сказал, что верующие мало придают значения
словам, которые они произносят. Написано, что «за
всякое праздное слово, которое скажут люди, дадут
они ответ в день суда» (Мф.12:36).
Вдумайтесь только: за одно праздное слово, не
ругательное, а просто пустое, мы уже не будем
находиться в числе Церкви. Что говорить о других
словах. Я никогда раньше не задумывался над
глубиной этого стиха, но Господь велел отнестись к
нему серьёзно.
Теперь представьте себе, в какой чистоте и
святости мы должны хранить наши мысли, слова и
поступки, чтобы заслужить беспрепятственный вход в
ворота.

Меня часто обвиняют в том, что я предъявляю
слишком высокие требования к верующим. Говорят:
«Господь – добрый, Его имя – Любовь. Он всех
спасёт. Он не жестокий, как ты, и не бьёт нас так
беспощадно, как ты. Наверное, если бы ты стоял на
воротах и принимал решение, кому войти в небо, а
кому – нет, то никто бы не вошёл». Да, я согласен, что
Бог долго терпит и много милует, но не забывайте, что
Он и строго взыскивает.

Но продолжим о небе. Каждого, кто был достоин
войти воротами, называли по имени и при
торжественном пении Ангел объявлял: «Впустить!» Я
видел, как радостно встречали с той стороны
пополнение небесных жителей. Братья и сёстры
приветствовали их радостным пением и с
распростёртыми объятиями. Это была неописуемая
картина!

Наконец подошла и моя очередь. Называют моё
имя и объявляют: «Впустить!» Вхожу. «Слава Богу! –
с облегчением вздохнул я. Через ворота я прошёл!
Теперь-то никто меня отсюда не выгонит, – подумал
я. Уж на этот раз ни за что не соглашусь на
возвращение».
Я очень радовался своему новому положению и
встрече с братьями и сёстрами! Начал узнавать среди
них тех, с кем доводилось общаться на земле.
Мы хотели было начать приветствовать друг
друга, но Ангел, остановив нас, сказал, что я могу
говорить с ними только на расстоянии, так как взят от
земли «на время».

Как только я услышал, что я здесь «на время»,
внутри меня сразу сработало: «Разве что сбросят
отсюда. Добровольно не уйду!»
Ангел, улыбнувшись, сказал:
– Никто тебя сбрасывать не будет, уйдешь
добровольно.
Я понял, что вопрос со мной решён, но всё же
рискнул спросить Ангела, где Христос? Я хочу
просить, чтобы меня оставили на небе.
Думаю, что вам интересно знать, как общаются
люди на небе, на каком они говорят языке? На небе
языков нет, там люди общаются мыслями. Стоило мне
только о чём-то подумать, как Ангел сразу же отвечал
мне мыслями, и я понимал его. А когда я говорил с
Христом, то Он сказал мне: «Когда тебя будут
спрашивать, какой язык на небе, отвечай, что на небе
– язык любви».

Вам, конечно же, интересно знать и то, какие там
тела у людей? Это не тела, а оболочки для сохранения
души. Они прозрачные и сквозь них можно видеть.
Внутренних органов нет. Ангел подчеркнул, что тела
на небе не нуждаются в уходе за ними, как на земле.
Люди там не различаются по возрасту. Все они
примерно одного возраста, зрелого возраста Христа.
Рост так же почти у всех одинаковый. Нет
родственных чувств, но все – одно целое – братья и
сёстры. Когда я встретился со своей бабушкой, я
понимал, что эта сестра была моей бабушкой на земле.
Мне предоставилась возможность встретиться и с
младшей сестрой моей тёщи. Они знали, что я буду
возвращаться на землю, и каждый из них просил
передать привет своим. «Вам хорошо передавать
приветы, а мне совсем не хочется возвращаться», –
сказал я им.

Моя бабушка и мама очень дружно жили на земле.
Не всегда дочь с матерью так ладят, как ладили между
собой свекровь с невесткой. Когда бы я ни проснулся
ночью, – они всегда на коленях. У бабушки даже
наросты были на коленях от постоянных молитв.
Бабушка говорила мне: «Вася, я знаю, что из моей
семьи ни одна душа не будет в аду, потому что я всех
их отдала Господу и постоянно молюсь о них». Слова
бабушки сбылись: все поверили в Христа как в своего
Спасителя, приняв водное и духовное крещение.
Я беседовал с родными, друзьями и знакомыми, но
больше всех, я говорил со своим другом Виктором
Панько. Он был пастором церкви в городе Минске.
Рассказывал мне, как трудился на земле, как
переживал за каждую душу, чтобы ни одна из них не
погибла. Он сказал также о том, с каким нетерпением
каждого из нас ждут на небе.

Виктор сказал, что пастор – это не выборная
должность, а избранный и помазанный Богом человек,
который должен иметь личное видение и откровение
от Господа. Пастор не имеет права руководствоваться
слухами. У дьявола много наушников и клеветников, а
пастор должен лично знать о каждом брате и о каждой
сестре, он должен знать также, что говорит о них Бог
и чего Он от них хочет. Бог строго спросит с пастора
за каждого члена церкви.

«Сколько раз на меня оказывали давление люди, –
говорил Виктор Панько, – чтобы я исключил одного
брата из церкви. Да, я согласен, что он заслуживал
того, но я поступил вопреки мнению людей, а сделал
так, как сказал мне Бог».

Помню, как после случившегося, пришёл ко мне
тот брат – кандидат на исключение, упал мне на грудь
и, рыдая, сказал, что если бы я тогда исключил его из
членов церкви, то он покончил бы жизнь
самоубийством. Он сказал: «Твоя любовь ко мне, твои
молитвы и посты спасли меня от вечной погибели и
мою семью от безутешного горя. Бог вырвал меня из
ада. Теперь я спасён! Я знаю, чего тебе всё это стоило,
и благодарю тебя за доброе ко мне отношение и Бога –
за тебя».

Как важно пасторам знать, что их служение – это
не обрядовое следование уставу и порядку,
установленному в церквах. Пастор должен видеть всё,
что происходит в церкви: кто приболел, а кто уже,
может, серьёзно заболел; кого надо посетить и
наедине с ним строго поговорить, а кому-то просто
руку протянуть и, посмотрев в глаза, сказать: «Я
люблю тебя и молюсь о тебе. Ничего не бойся, потому
что тебя любит Иисус». И, конечно же, главная
обязанность пастора – это донести до народа то
Слово, которое дал ему Господь, не искажая его в
угоду людям.

Ангел сказал, что время, отведённое мне на
разговор с родными и друзьми подошло к концу, и мы
должны двигаться дальше.
По пути Ангел обращал моё внимание на
различные растения и цветы. Подобной красоты на
земле я не видел. Ангел сказал, что если бы я смотрел
на них своими плотскими глазами, то от их
ослепительной красоты потерял бы зрение, а если бы я
вдохнул их аромат, то потерял бы обоняние. Я искал
похожие цветы на земле, но так и не нашёл. Теперь вы
можете представить себе, какая красота ожидает нас
там.

Идём с Ангелом дальше, слышу прекрасное
ангельское пение. Поют чудесные псламы, льются
дивные мелодии, звучат необыкновенной красоты
голоса. Лица братьев и сестёр сияют от счастья.
– Чем вы здесь занимаетесь? – спросил я их.
– Мы славим Бога! – ответили они.
Несколько слов о том, как они кушали. Плод,
который они держали в руках, был пожож на яблоко.
Я спросил Ангела: «Могу ли я попробовать этот
плод?» Ангел ответил, что я могу пробовать, пока
нахожусь в небесном теле. Как только я откусил
кусочек, сразу ощутил удивительное торжественно
величавое духовное состояние! Сравнение будет
очень грубым, если скажу, что плод, растекаясь, таял
во мне, как мороженое, и от этого меня наполняла
сила Божия, подобная той, какую мы ощущаем, когда
душа ликует от счастья.

Мы с Ангелом рассуждали на разные темы. Он
объяснял мне многое из того, что я не знал. Потом,
резко поменяв тему, Он сказал: «Ты в своих
проповедях часто упоминаешь об Апостолах Петре и
Павле, сейчас они будут говорить с тобой».
И действительно, вижу – навстречу мне идёт
Апостол Павел. Павел рассказал мне, что многое из
того, что он писал в своих Посланиях, до нас не
дошло, но и многое из того, что дошло, грешит
неточностью.

У меня с Павлом была серьёзная продолжительная
беседа, во время которой он укрепил меня словами и
наставлениями.

Он сказал, что Христос нигде не говорил о том,
что служители Божии должны иметь титулы. Всё это
придумано людьми. Павел сказал, что если
проповедник вместо помазания Божия имеет звания,
то в таких проповедниках Бог не нуждается. Сам
Павел всегда проповедовал только Слово, полученное
от Господа.

Павел посоветовал мне не использовать в
проповедях побочный материал, связанный с чьими-
то жизненными или выдуманными историями,
поскольку в этом случае я буду терять благословение.
В основе проповеди должно быть Слово, полученное
от Бога. Во время молитвы Господь будет давать
необходимую пищу там, где ты будешь
проповедовать.

«Никогда не спеши отдавать тему сразу, обдумай
её сначала, пропусти через себя. Но и это ещё не всё.
Проси у Бога помазания и силы на проповедь, а также
узнай, когда её лучше сказать».

Павел давал мне много практических советов о
том, как правильно вести себя с людьми во время
духовных бесед, как правильно вести себя во время
проповеди. Он посоветовал мне во время проповеди
не смотреть в зал, чтобы не видеть реакции людей на
проповедь, которая для них не всегда бывает
положительной. Это может смутить тебя, ты на ходу
захочешь смягчить проповедь, чтобы угодить
слушателям. Этого делать нельзя. Как только ты
начнёшь угождать людям, сразу потерпишь
поражение. После такой проповеди ты потеряешь
помазание. Начнёшь искать, какой совершил грех, что
от тебя отступила сила и радость общения с Господом.
А это как раз то, что на руку сатане. Он тут же
восстановит в твоей памяти всю твою прошлую
греховную жизнь для того, чтобы ты начал копаться в
том, что тебе уже давно прощено, чтобы увести от
главного.

Поэтому, что бы тебе ни говорили и в какой бы
сложной ситуации ты не оказался, иди и смело
передовай всё, что получил от Бога, ибо впереди тебя
идёт Сам Господь Бог Саваоф, Который и благословил
тебя!

Но если пойдёшь на компромисс и начнёшь
подбирать слова, которые бы льстили слуху народа,
помни, что в таком случае ты ведёшь народ в ад и сам
окажешься там же. Богу лицемеры и лжецы не нужны.
Ты не имеешь права лишать их слова истины и шанса
исправить свою жизнь.
В то время как Павел объяснял мне эпизоды из его
посланий, перед нами проходили картины жизни
Павла на земле. Он показывал и рассказывал, в каких
ситуациях ему довелось быть. Но, несмотря на
тяжесть своего положения, он шёл и смело говорил о
Христе.

«Посмотри, как я молился», – показывал Павел на
картине, которая была перед нами. Особенно
запомнился момент, когда они с Силой, закованные в
колодки, молились в тюрьме. Павел был избит и
изнурен физически. Он говорил, что ему не так больно
было от колодок, как от «ударов», нанесённых
братьями по вере.

Библия об этом молчит, но Павел сказал мне, что
его обвиняли в том, что он не хочет работать. Павел
говорил, что он вынужден был работать для того,
чтобы вокруг видели, что он не бездельник. Сколько
людей лишилось возможности услышать слово Божие
из-за того, что время, которое Павел мог бы посвятить
служению Богу и людям, он тратил на строительство
палаток.

Павел предупреждал меня не угождать людям:
«Будешь ты работать или не будешь, будешь
разъезжать по делам Божиим или нет – пока ты враг
дьявола, он будет разными способами сводить с тобой
счёты за души, вырванные из ада. Но как только
перейдешь на его сторону, он благословит, даст всё
лучшее, что есть на этой грешной земле: и авторитет,
и славу, и звания даст самые высокие. Бойся этого, и
да благословит тебя Господь. На этом наш разговор с
Павлом был окончен.

Теперь немного о Стефане и о Петре.
Стефан сказал мне: «Твоя беда в том, что ты много
плачешь, стонешь и переживаешь. У тебя слишком
большие глаза и уши. Если бы я высматривал, кто
какой камень держал, чтобы кинуть в меня, и слушал,
кто что говорил обо мне, то я не видел бы отверстого
Неба. Чем больше ты будешь приглядываться и
прислушиваться к окружающим, тем слабее будет
контакт с Богом. Ты будешь в полном отчаянии
оттого, что одинок: не нужен Богу, не нужен людям, и
церковь не нуждается в твоих проповедях. Это –
обычная тактика дьявола».

О Петре начну с того момента, когда он после
воскресения Христа пошёл ловить рыбу. Пётр сказал
мне, что он пошёл ловить рыбу только потому, что
хотел скрыться от глаз Христа. Пётр понимал, что,
отрекшись от Христа , он становится
богоотступником.

«Что же мне теперь делать? Все слышали, как я
говорил Христу, что никогда не соблазнюсь о Нём. Но
соблазнился, – отрёкся от Него, а Он воскрес. Как
посмотрю Ему в глаза, когда встречу? Он
предупреждал нас, что сатана будет сеять нас, как
пшеницу. Вот меня и просеял», – размышлял Пётр.
На примере из жизни Петра Господь показал, что
люди, обладающие самоуверенным и горячим
характером, не могут трудиться на ниве Господней.
Богу нужны труженики послушные и смиренные. На
них Он будет оставлять помазание Святого Духа.
Показав Петру его истинное лицо, Господь
преломил его, чтобы в дальнейшем создать на нём
непоколебимую церковь Божию.

Пётр понял, что ему необходимо было пройти
процесс очищения и освящения. Когда мы беседовали
с ним, он сказал мне: «Как бы я пошёл спасать
язычников, когда сам был не меньшим грешником?
Чтобы понять больного, надо самому переболеть».
Петр рассказал мне, как мучил его стыд и как он
боялся встречи с Христом. Чтобы скрыться от глаз
Его, Пётр заплыл далеко на глубину и только одного
просил у Бога: чтобы не наступило утро. Но против
всякого желания Петра – утро наступило. Он закрывал
глаза, а потом снова открывал их и повторял одно и
тоже: «Неужели? Неужели наступило утро? Я не хочу,
чтобы было утро, ибо я слышал, как говорили, что Он
воскрес, Его видели живым!»
Пётр знал, что встречи с Христом ему не
миновать, к тому же Петру передали, что Господь
ждёт его.

Вот и рассвет забрезжил. Появился силуэт
человека, который невозможно было ещё распознать,
но Пётр видел, как Он всё ближе подходил к воде...
Сердце Петра забилось от волнения и готово было
вырваться из груди. Нутром он чувствовал, что это
был Иисус, Господь, от Которого он отрёкся».
«Дети, – обратился Иисус к Своим ученикам с
берега, – есть ли у вас какая пища?» Иисус знал, что у
них нет еды, да и откуда ей взяться, если они –
беглецы от лица Господня. Но от одного только слова
«дети», в Петре всё перевернулось. Пётр увидел, что у
Христа нет ни обиды, ни упрёка, Он излучает
бесконечную любовь. Всё то, чего Пётр боялся,
исчезло при встрече с Христом.
Пётр думал, что Иисус возьмёт его за подбородок,
поднимет голову, посмотрит прямо в глаза и с укором
скажет: «Ну, что Я говорил тебе, Пётр? Видишь, всё
исполнилось».

Петру хотелось кричать: Господи! За что Ты меня
любишь?! Я же отрёкся от Тебя, а Ты называешь меня
Своим дитятей, мало того, приготовил для нас пищу и
приглашаешь обедать: «Идите, кушайте, Я дам вам
есть» (Иоан.21:1-13).

Когда же Пётр подошел к Иисусу – об этом не
написано ни в одном из Евангелий, – Христос
посмотрел Петру в глаза, положил ему руку на плечо
и сказал: «Петр! Я люблю тебя! Петр, ты нужен Мне».
Петр стал просить у Него прощение, но Иисус
сказал: «Достаточно. Я уже видел твое покаяние, оно
у Отца на Небе. Когда Я восшел к Отцу, Он сказал
мне, как ты горько плакал. Ты прощён. Это дьявол
пугал тебя, чтобы ты не шёл ко Мне».
И сегодня сат ан а многих зап уги вает
напоминанием о прошлой жизни, чтобы вызвать в них
чувство вины перед Богом. А Христос говорит: «Твоё
покаяние уже у Отца. Твоё прощение в Крови Сына
Божиего. Ты назван сыном и дочерью, и Он взывает к
вам: «Дети!»

Пётр рассказал и о том, почему он отсёк ухо рабу
первосвященника. Все они, кто ходил с Иисусом,
ожидали Его царствования на земле. Но никто из них
не распознал в Нём Сына Божиего. Пётр говорил мне:
«Поверь, мы видели в Нём учителя и очень разумного
человека, но только не Сына Божиего. Мы ждали, что
Он станет царем иудейским и восстановит царство в
Израиле. Мы знали, что Он – Мессия, который
совершит переворот, установит новый Закон, изгонит
всех неугодных Ему людей, и мы будем царствовать
вместе с Ним». Пётр рассказывал, как они
планировали, кто чем будет заниматься при Христе,
кто какой властью будет наделён. «И только после
того как Он воскрес, мы поняли: Он не простой
человек».

Я попросил Петра рассказать о гонениях на
первых христиан, о том, как одних выводили на
амфитеатры, отдавая там на растерзание зверям, а
других сжигали. Пётр сказал, что не только
расскажет, но и представит меня им. Мы пошли. Я
увидел огромное количество братьев и сестёр из
Первой Церкви. Словами не передать красоты их
убранства! Они как герои веры заслуженно
находились в божественной красоте и славе.
Всего не перессказать, но главное скажу. Когда их
выводили на арену, они не смотрели на страшных
зверей, которых на них выпускали. Перед тем, как
выйти, они молились, а потом с молитвой на устах и
песнями в Духе Святом, шли между рядами,
выстроенных из Ангелов. Диких ревущих зверей для
них уже не существовало, потому что на небе они
видели Христа с распростёртыми к ним руками. Они
шли в Небо. И прежде чем на них нападали звери и
начинали терзать их тела, их души уже уходили в
вечность.

Рассказывали и те люди, которых привязывали к
столбам и поджигали. Я спросил, что чувствовали
они. Они пели и никто не слышал ни стонов, ни
криков, но слышали, как из горящих живых факелов
лилось пение, исполненное Духом Святым.
Я спросил Петра, почему он выбрал себе распятие
вниз головой. Пётр сказал, что он не достоин был
быть распятым, как Христос, так как отрекся от Него.
Пётр и Стефан рассказывали, сколько ими было
пережито издевательств, мучений, побоев, их били
физически и духовно. Об этом в Писании говорится
очень мало. Они также сказали, что верующие будут
избивать и изгонять друг друга из церквей, и при этом
будут думать, что таким образом они служат Богу. Всё
это будет происходить в последнее время, перед
взятием Церкви.

После этого разговора сопровождающий меня
Ангел сказал, что время моего пребывания здесь
подходит к концу.
Я спросил Его: «А где же Христос? Я хочу просить
Его, чтобы Он оставил меня».
Вдруг Ангел в трепете остановился. Нас вдруг
объяло такое благоговение, что двигаться дальше мы
не могли. Я чувствовал позади нас свет, который
становился всё ярче и ярче, и мы оказались в самом
центре этого ореола.

Этот свет с земным сравнивать нельзя, потому что
земной свет по сравнению с небесным очень резкий.
Свет на небе был ярче земного, но он был очень
мягкий. И Ангел объяснил мне, что если бы я был в
земной плоти, то от этого света сгорел бы.
И тут я понял, что рядом – Господь!
В это же время Господь показал мне один год из
моей жизни.

Когда я читал в Библии о Книге Жизни, я
представлял себе, что это должна быть очень
объёмная книга, в толстом переплёте, в ней будут
искать моё имя и, когда найдут, то под ним будет
записано всё обо мне. Но оказалось совсем не так.
Современному человеку легко представить, как
можно сохранить огромное количество информации в
небольшом приборе. Похожим образом на небе
собирается информация о каждом, когда–либо
живущем на земле человеке.

В присутствии Христа моя жизнь проходила перед
моими глазами, как на экране. Я видел всё: чем
занимался, как говорил, что проповедовал. Я видел
всё до мельчайших подробностей. Даже все мои
мысли были зафиксированы, а в конце каждого дня
подведён итог, например: «День прожит в грехе –
прожит напрасно» или «День прожит в соответствии с
Моими требованиями – прожит достойно» и т.д. Но
слава Богу, что, когда я осознавал свои ошибки и
каялся, появлялась новая запись: «Осознал, покаялся –
прощён».

Я смотрел на всё это и понимал, как мало времени
я проводил с Богом. Казалось бы, и молился, и
Библию читал, но не всегда это было тем общением,
какое ждал от меня Господь. Были дни, когда это
делалось просто для порядка, а не из-за жажды
общения с Богом и желания помолиться за себя и за
ближних.

Когда Господь побуждал меня молиться за кого-
нибудь, то бывали случаи, когда я помолюсь с полчаса
и думаю, что этого достаточно. А Бог хотел, чтобы я
до тех пор стоял в проломе за душу, пока не получу
ответ и не узнаю, что там – победа. Но я отступал от
молитвы, а в результате тот человек не мог
превозмочь грех. А обо мне тем временем появлялась
новая информация: «Взыщу с тебя!»
Всё, за что бы мы ни брались, должны делать, как
для Господа. Да, я согласен, что помимо общения с
Богом есть дела житейские, но и тогда мы должны
продолжать наше мысленное общение с Отцом.
Видел ещё один фрагмент: «Меня посылали куда-
то, а я не пошёл. А дальше вывод: «Если не покается,
ответит на суде».

Когда я всё это увидел, то подумал: «Как хорошо я
думал о себе! А оказывается, надо немедленно
возвращаться на землю, каяться и исправляться».
Мои дети часто обижались на меня за то, что я
мало общаюсь с ними, и постоянно в разъездах, в
молитвах и в общении с другими людьми. Мне
хотелось компенсировать упущенное и тогда я,
вопреки воле Бога, оставался дома. Я думал, что тем
самым окажу жене и детям должное внимание и
проявлю заботу о них. Но Господь спросил меня:
«Разве Я не говорил тебе, что, когда ты будешь
трудиться на Моём поле, Я всё буду решать в доме
твоём? Но, если ты решил иначе, поступай по-своему,
благословения от дома твоего не отниму, но всё
будешь делать своими силами, и Я помогать тебе
тогда уже не буду».
Потом Господь, поравнявшись со мной, спросил
меня:
– Любишь ли ты Меня?
– Да, Господи, люблю.
– Он спросил ещё два раза, и оба раза я отвечал,
что люблю.
– Почему тогда народ Мой не любишь?
– Как не люблю?!
– Почему не хочешь возвратиться на землю и
рассказать людям всё, что ты видел на Небе?
Господь так ясно всё сказал, что я не посмел даже
заикнуться о том, что не хочу возвращаться на землю.
Но я всё равно рассказал Ему о всех своих
трудностях, привёл разные доводы. Он внимательно
слушал меня, хотя и так обо всём знал, и потом
сказал: «Пойдём, Я покажу тебе кое-что». Мы прошли
немного вперёд, Он поднял руку, провёл ею слева
направо и перед нами предстала картина. Думаю, что
все вы были в лесу и видели муравейник. Так вот
земля, которую показывал мне Господь с небес,
выглядела, как муравейник. Я видел континенты,
страны, города, дома, семьи и отдельных людей.
Господь показал мне места, куда я должен буду идти,
чтобы поднимать там народ. Он велел запомнить их
адреса.

Он показал мне и настоящее состояние церквей, и
то состояние, в каком они должны быть. Картина
печальная. Я видел большие церкви, численностью
около тысячи, но готовых к переходу было не более
двух-трёх десятков. Были и такие, что готовых было
всего несколько человек, было и триста, но я не видел
ни одной, где бы были готовы все.
Господь показал мне также, чем грешат дети Его.
На что только люди не променяли Царство Божие!
Говорить не хочется.

Потом Он перевёл мой взгляд на другой объект.
Издали я увидел чудный Город, который испускал
необыкновенное сияние. Господь сказал, что в этом
Городе готово всё для приёма жителей, а народ Мой
для переселения не готов. И Христос заплакал после
этих слов: «Как люди не хотят понять, что если Я
сейчас приду, то многие из них не будут спасены. А
ведь все они протягивают ко Мне руки, участвуют в
хлебопреломлении, проповедуют, молятся, но
посмотри, в каком они плачевном состоянии. Иди и
скажи им об этом!»
– Господи! Не поверят! Не примут! – Взмолился я.
– Разве Я не говорил, что будет время, когда люди
не будут принимать здравого учения, но будут
избирать себе учителей по своим прихотям, которые
льстили бы их слуху? Мне говорили, что бес во Мне,
Меня гнали, говорили, что Я – лжец, всячески
поносили и, наконец, распяли! И тебе придётся идти
таким же узким путём. Но ты не бойся говорить
истину. Не смотри на то, что принимать не будут, зато
потом не скажут, что не слышали истину.
Мы шли, а я думал, как бы мне хотелось получше
разглядеть Новый Иерусалим. Господь прочитал мои
мысли и говорит в ответ: «Я знаю, что тебе очень
хочется посмотреть Город. Скажи Моей Церкви, какое
прекрасное место её ожидает, и все готовые к
переселению, скоро перейдут из временной жизни в
вечную. Но для многих это будет неожиданно и
нежеланно, и им уже оправдания не будет. Они были
предупреждены и слышали, когда Дух Святой
обращался к ним: «Невеста! Приготовься! Невеста!
Освятись! Оставь свою неправедную жизнь, оставь
свои неправедные дела».

Мы снова оказались там, куда с земли прибывают
души умерших. Оттуда Христос повёл меня дальше.
Он сказал: «Я покажу тебе ещё кое-что, о чём ты
расскажешь на земле».
Моё внимание среди множества людей привлекла
женщина, которая своим поведением выражала какой-
то протест. Она металась из стороны в сторону, время
от времени подбегала к одному из мужчин, стучала
себе в грудь и что-то постоянно ему доказывала. Это
был ад.

Я спросил Христа: «Почему она так возмущается,
и кто этот мужчина, которому она всё время что-то
пытается доказать»?
Христос ответил, что мужчина был её пастором на
земле. Из-за того, что пастор не сказал в свое время
правды, она попала в ад, и теперь обвиняет его в этом.
Он же, опрявдываясь, говорит, что и она знала
Библию, чтобы по ней проверять сказанное пастором.
И далее Господь показал мне ужасающую картину.
Я думаю, что вы имеете представление о раскаленном
металле в плавильне. Это раскалённая добела масса. А
теперь представьте себе людей в этой массе.
Всё, чем люди грешили на земле, ест их, как червь,
и, как огонь, жжет их. И никогда в своей похоти они
не удовлетворят своей жажды. И это будет длиться
вечно. Кроме того, над ними сильно издевается
сатана... Не дай Бог всё это видеть даже издали.
Потом подошёл к нам один брат, с которым мы
встретились, когда я прибыл на небо, и спросил
Ангела, чем он должен заниматься здесь. Ангел
сказал, что основное занятие на небе – это
прославление Бога и пение.
Мы смотрим на землю и видим, как хоронят
подошедшего к нам. Все в чёрных одеяниях и горько
плачут.

Иисус, обратившись к нам, сказал: «Кто сказал
вам, что смерть – это потеря? Когда человек умирает в
Господе, то смерть является для него приобретением,
а также пополнением жителей на Небесах! Почему
такая скорбь? Почему все в чёрном? Вы
противоречите сами себе: то вы поёте и говорите о
небесном, то плачете и одеваетесь в чёрное, будто
отправили человека в преисподню».
Потом Христос спросил брата, которого хоронили:
«Может, ты хочешь вернуться на землю?» – Брат
отказался.
Но посмотри, как твоя жена плачет, – сказал я.
– На свою посмотри.
Так мы обменялись мыслями, без какого-либо
укора, а просто, с любовью. Потом я спросил его, не
жалко ли ему детей. Он ответил, что его время на
земле закончилось, что свою семью он будет
встречать здесь. Он был абсолютно уверен в том, что
дождётся их на небе, потому что при жизни много
молился о них.

Господь также показал мне похороны братьев из других стран, которых жестоко казнили: одним
обрезали уши, другим – язык, были и такие, которых
четвертовали. Они страшным образом переходили в
жизнь вечную, поэтому их встречали на Небе как
героев.

Господь сказал мне, чтобы я передал братьям и
сестрам, что земля – это замаскированный ад. Пусть
человек проживёт семьдесят, восемдесят или даже сто
лет в болезнях или в великом горе и муках, но зато по
окончании жизни он попадёт в небо, нежели при
роскошной жизни на земле попадёт в ад на вечные
муки.

«А теперь иди и передай всё, что видел и слышал.
Будут гонения, и от своих по вере будешь терпеть
больше, чем от мирских. Но ты молись за них, с
любовью неси им Мое Слово», – этими словами
Господь закончил наставления.
Перед самым моим уходом подошёл Апостол
Павел и сказал: «Передай братьям и сестрам, что мы –
первопроходцы, а вы – завершающие движение
Церкви Христовой. Передай, что вас здесь ждут как
героев и встречать будут как победителей. И тогда вы
скажете: «Стоило страдать, стоило плакать и рыдать,
стоило терпеть, стоило не одну ночь стоять на коленях
и взывать с воплями к Господу, стоило!»
Под звуки чудесного небесного пения я
возвращался на Землю. Мы шли, я увидел свой дом,
крыши как бы нет, спускаемся. Я оказался около
кровати. Катя по-прежнему сидит возле моего тела и
плачет. Я посмотрел на свое тело, и мне стало
противно оттого, что сейчас я должен в него
вернуться! Я пал к ногам Ангела и начал умолять его:
«Только не это, забери меня, не хочу здесь
оставаться».

Как только я оказался у ног Ангела, моя душа
вернулась в тело. Я зашевелился. Ощущение такое,
будто ты отсидел ногу. Там, где началась циркуляция
крови, было больно, как будто всего тебя колют
иголками. Стук сердца всё сильней и сильней –
механизм заработал. И в этот момент, по словам Кати,
я проговорил: «Как можно хотеть жить на земле? Не
понимаю!»

Катя начала расспрашивать меня, но я не мог
говорить, было трудно. Тело моё некоторое время
оставалось ещё полумертвым , словно
парализованным.
На Небе я был примерно с начала ночи до утра. В
памяти осталось всё, о чём услышал, находясь на
небе: я помнил, кому что передать, все адреса, где мне
надо побывать, хотя они находились не только в
Америке, но и в других странах.
Я рассказываю вам об увиденном и услышанном,
но вы не знаете, чего мне стоят эти воспоминания.
Насколько тяжело жить на земле после всего
увиденного там.

Невозможно сравнивать земную жизнь с
Небесами. Мне трудно смотреть в небо. Как только
подниму свой взор к небу, сразу плачу, скучаю. Так не
хочется жить на этой земле, она стала для меня совсем
чужой. Поневоле начинаешь думать о том, почему
люди стараются продлить свою жизнь на ней, на что
они растрачивают свои силы?
Братья и сестры, скоро состоится эта
долгожданная встреча. И уже не Вася будет
рассказывать вам о Небесах, а Сам Господь Иисус
Христос будет водить вас по улицам из чистого
золота. Он скажет: «Вот твоя награда, а вот – твоя.
Вот твоё жилище, а вот – твоё».
Мы сядем вместе с Господом за белым столом, и
Он обо всё расскажет нам.

Возникает много вопросов, на которые не всегда
можно ответить. Мой сын часто задаёт мне вопросы.
Я подписал ему открытку на день рождения: «Сынок,
прости меня, что не на все твои вопросы я могу
ответить. Мне больно, оттого что я не могу этого
сделать только потому, что твоё юное сердце не всё
сможет понять и принять. Но придёт день, и я твёрдо
верю в это, когда мы у Белого Престола, обнявшись с
тобою, сядем у ног Христа, и тогда ни о чём не надо
будет спрашивать, всё и так станет ясным, и ты всё
поймешь».

Я тоже думал, что о многом спрошу Христа при
встрече, но когда мы встретились, многое стало ясным
без слов.
Господь утешил меня на небе. Он сказал:
«Никогда не защищай себя, не трать на это ни
времени, ни сил, всё равно ничего не докажешь.
Слушай и делай Моё дело, иди в те народы, в те места,
куда Я посылаю тебя и ещё много раз пошлю. Говори
то, что Я дал тебе».

Сейчас я раскажу вам о том, как ко мне явился
лжехристос, и закончу свой рассказ тем, как ко мне
приходил Ангел, чтобы испытать меня в знании слова
Божия и использовании его в жизни.
Когда лжехристос направился к моему дому,
американцы, мои соседи, живущие напротив, решили
понаблюдать за ним, потому что он прежде ошибочно
попал к ним. Он показался им очень странным
человеком, и они решили проследить, что он будет
делать дальше.

Они видели, что я не впускаю его в свой дом, а он
всё равно рвётся. Тогда американцы выехали из
своего гаража, подъехали ко мне и спросили, не
нуждаюсь ли я в помощи? Я поблагодарил их за
участие и отказался от помощи.
Как только пришелец объявил себя Христом, я
сразу сказал ему, что это ложь. Он, разозлившись,
начал говорить языками. Я сказал ему: «Не говори
языками, лучше уж сквернословь, тебе в твоей злобе и
ненависти только это и остаётся делать».
Он кипит ненавистью и абсолютно точно начинает
говорить о том, что произошло у нас в церкви.
Рассказал, кто меня обижал, что при этом говорил.
Когда я сказал ему, что он не Христос, он ответил:
«Я послан им. Он высадил меня в двух часах ходьбы
от твоего дома».

«В это трудно поверить, – сказал я ему, – как это
посланника с небес высадили в двух часа ходьбы от
моего дома, да ещё и неправильный адрес дали. В это
я не верю, и таких «посланников» встречал много,
когда ещё в Союзе жил. Меня не проведёшь. Отойди
от меня, сатана! Отойди», – приказал я ему.
Тогда он перешёл на другую тему:
– Ты должен собрать всех обиженных и, так как ты
еврей, вывести их в Израиль.
– Не понял? Разве Вознесение будет с Израиля? –
удивился я.

– Да, я слышал до какого падения дошли
некоторые верующие. Они покупают в Израиле земли
у подножия горы под могилы, чтобы, когда придёт
Христос, быть первыми.
Но я знаю и верю, что, когда придет Христос, Он
встретит меня там, где я был Ему нужен: будь то
Америка или Россия, Австралия или Индия. Господь
сказал лично мне: «Не верь, когда людей будут
призывать переселиться для восхищения Церкви в
Аравийскую пустыню или на Аляску, в Новую
Зеландии или в Боливию – это заблуждение. Свою
Церковь Господь сохранит на всех континентах, и Она
будет восхищена со всех концов земли одновременно.
Церковь будет смотреть с высоты на то, что будет
происходить на земле, а на земле будет твориться
нечто страшное. После этих слов лжехристос оставил
меня.
Господь говорил мне: «Сын мой! Я буду делать
через тебя работу, но смотри, не приписывай это
себе».

И в конце своего свидетельства я хотел бы
рассказать ещё о том, как ко мне пришёл Ангел, чтобы
испытать меня в слове и в деле, так ли я поступаю, как
проповедую.

Мне придётся начать эту историю с события,
которое произошло чуть раньше.
Я находился под домашним арестом, и работники
КГБ предупредили меня, что, если я покину пределы
места своего жительства или буду проповедовать,
меня арестуют. Я сказал, что в таком случае они
сейчас могут задержать меня, потому что я всё равно
пойду туда, куда пошлёт меня Господь. Я-таки пошёл.
Когда я возвращался домой, работники КГБ, как и
обещали, выследили меня, схватили и так пытали, что
я думал, что не выживу. Я захлёбывался кровью,
которая шла носом, ртом и ушами. Стоило мне прийти
в себя и попытаться подняться, я тут же получал
очередной удар и падал без сознания. Так я пробыл у
них с шести вечера до трёх ночи. Меня выпустили
только потому, что офицер, решивший со мной
разобраться до конца, был сражён Богом, и его унесли
на носилках. Господь вступился за меня. Двое
оставшихся испугались и попросили меня помолиться
за них, чтобы с ними не произошло то же. Они
пытались убедить меня в том, что ко всему
происходившему причастны не были, что добить меня
– была инициатива того офицера. Я сказал им, что Бог
знает, кто прав, а кто виноват.
Люди из КГБ довели меня до машины: сам я идти
не мог. По пути домой я просил Бога только об одном:
чтобы мне не потерять сознание, поскольку кровь шла
без остановки.
Я едва добрался до дома. С женой, встревоженной
и заплаканной, мы встретились у порога. Я качался от
бессилия. Жена обняла меня и продолжала горько
плакать.

Вошли в дом. Конечно же, никто не спал. Увидев
меня, окровавленного и беспомощного, они
ужаснулись. Я чувствовал, как распухало лицо, кровь
запекалась на лице и руках и продолжала идти из
носа. Я видел, что горько плакали дети. Сердце
сжималось от жалости к ним. Я подозвал их к себе,
обнял, отдал Иисусу и сказал: «Господи, я знаю, что в
таком состоянии выжить невозможно. Я знаю, что иду
к Тебе, позаботься о жене и детках». Брат, сёстры,
жена, дети – все молились на коленях. Дети кричали:
«Боже! Оставь нам нашего тата!»
Я изнемогал от боли. В таком состоянии пролежал
сутки. Сил не было. Самочуствие было ужасное, но
мне нужно было идти на работу. Я был уверен, что с
работой справлюсь, потому что котлы были газовые и
нужно было только на кнопки нажимать.
В котельне был топчан – можно было полежать. Я
поднимался переодически, чтобы проверить режим
работы котлов и поменять окровавленные бинты.
Всё было бы хорошо, но ко мне, как всегда, в
котельню продолжали идти люди со своими нуждами
и просьбами молиться о них.

Я уверял их, что нахожусь в ужасном состоянии,
сегодня ничего не могу, но они и слышать не хотели и
настаивали на своём. «Мы не к тебе пришли, а к
Иисусу. Он здесь, Он в тебе. Нам нужен Иисус».
Как ни странно, но в то время, когда я беседовал с
ними, кровотечение останавливалось, и боли я не
чувствовал, но стоило им получить то, в чём
нуждались, они с радостью уходили, а мои проблемы
возобновлялись.
Вот уже и третья партия ушла, получив ответ на
свою нужду. Я плакал от обиды: «Господи! Почему
нужды других людей Ты решаешь, а мои нет? Почему
Ты меня не исцеляешь? Я не могу больше молиться.
Как я могу молиться за других, когда сам болен? У
меня пропало дерзновение».
Открыв Библию, я сидел и рассуждал над ней.
Библия почти вся с моими пометками, и не раз мне
делали замечание, что я неаккуратно обращаюсь с
ней.

Был конец декабря. Я на работе. На улице мороз,
идёт снег, вдруг открывается дверь и входит старец,
оборванный, грязный. Одет в какую-то замызганную
телогрейку и брюки. А сам весь покрыт проказой.
Подаёт мне руку. «Приветствую тебя», – говорит он, –
и ждёт ответной реакции. Я сразу подумал: «Да это же
проказа, ещё сам заражусь. Нет, ты не свой, Христов.
До тела Христа никакая зараза не пристанет».
Подаю ему руку, а он говорит:
– Приветствуемся лобзанием святых.
– Лобзанием, значит, лобзанием.
– Смотри мне в глаза и отвечай. Только искренне и
честно, будешь лгать – узнаю.
– Я был такой брезгливый, что и руки бы тебе не
подал, но благодарю Бога, что он избавил меня от
этого.
– Слава Богу, что это так, – сказал он, – сел рядом
со мной и спрашивает:
– А что это ты читаешь?
– Библию.
– Я вижу, что это Библия, спрашиваю, что читаешь
в Библии и почему так неаккуратно ведёшь её? Ведь
это Слово Божие. Кто так небрежно относится к
Слову Божию!

Я сказал ему, что Библия – мой учебник. Когда
Ангел приходит ко мне и объясняет темы, я
подчёркиваю нужные места, и тогда во время
проповеди мне легко говорить.
– А что объяснял тебе Ангел? Расскажи мне что-
нибудь, – попросил старик.
Я стал рассказывать. Часа два он гонял меня по
Библии, расспрашивал, как я получаю темы, как их
понимаю и как потом в жизни применяю.
– А ты обо всём проповедуешь, что получаешь?
– Нет.
– Почему не всё?
– Да я только частичку отдаю, и то в штыки
принимают, а если всё передам, сживут со света.
Старик, после этих слов посмотрел на меня и
говорит:
– Знаешь что, закрой Библию и больше можешь не
проповедовать. Твоя участь в озере огненном.
Ах, думаю, какой бесчувственный старик! Вместо
того чтобы пожалеть меня, видя, что я еле сижу, он
меня в озеро огненное отправляет. А может, какой-
нибудь подосланный?! Начал внутренне молиться:
«Господи! Кто это? Уж не знаю, что и думать, с кем
дело имею?» А Бог отвечает: «Не бойся, это мой
посланник». Я решил, что это брат – сосуд Божий,
слово Божие знает хорошо, даже на мои мысли
отвечает, да, думаю, опытный брат сидит передо
мной, Духом Святым водимый.
Когда он меня с такой лёгкостью в озеро отправил,
я очень огорчился, что он произнёс такие обидные
слова. А он говорит: «Хочешь плачь, хочешь не плачь,
но давай рассудим. Ты что думаешь, что ты –
любимчик у Бога? К тебе одному Он приходит и
говорит истину? Это не так. Люди, к которым Он тебя
посылает, являются также Его сыновьями и дочерьми,
поэтому ты обязан говорить им всё, что Господь тебе
повелевает. Ты не любишь Бога, потому что не
исполняешь слово Его. Ведь написано, что любит тот,
кто исполняет слово Его. Братьев и сестёр тоже не
любишь, раз больше за жизнь свою трясёшься, а не за
погибающих. Не переживай, раньше времени ты не
умрёшь! А если даже и придётся умереть, так смерть
за слово Божие – это приобретение.

Когда он всё это мне сказал, я покаялся. Но
смотрю, он искоса поглядывает на мою одежду и
обувь. У меня был новый полушубок, новые
рукавицы, шарф и мохеровая кофта, связанные Катей,
сапоги из кожи на натуральном меху. Шапка хорошая,
мой дядя подарил мне её, зная, что я мерзляк. Всё это
в уголочке аккуратно сложено, а я сидел в тапочках и
в обычной рабочей одежде. Когда я уловил его взгляд
на своих вещах, сразу подумал: будет просить. Он
снова посмотрел на вещи, потом на меня, опустил
голову, сидит, о чём-то думает. Потом спрашивает:
– А скажи-ка мне, как ты понимаешь то место
Писания, где говорится о том, что когда у тебя хотят
отобрать рубашку, то ты и верхнюю одежду должен
отдать?
– Отдам молча, – ответил я.
– Даже если последнее попросят?
– И последнее отдам.
– А если тебе другую одежду не на что купить?
– Всё равно отдам.
– А ты случайно не в искушении? Что твоя жена
подумает, когда ты придешь домой раздетый и
разутый? И подумал ли ты, что о тебе люди скажут?
– Так написано же, как надо поступать в таких
случаях.
– Ах, написано, – говорит он. – Ты видишь, в
какой я одежде? Дай-ка мне твой полушубок, только
вот купить мне у тебя его не на что.
Я дал ему полушубок. Он, не примеряя, кладёт его
рядом с собой и говорит: «Смотри мне в глаза. Не
жалко? Если жалко, забери его». И так он выпросил у
меня все вещи и сложил их возле себя. Правда, взамен
он предлагал мне свои.

Потом он протянул ко мне руки и говорит:
«Посмотри на мои руки и лицо. Видишь, всё в
проказе. И тело такое же. Я пришёл к тебе исцелиться.
Принимай исповедь и приступай к исцелению!» Я
говорю ему, что я не служитель и не имею права этого
делать. «Как так? – удивился он. Ты ведь Богом
избран, а это больше, чем людьми». – «Тем более, я не
имею права что-либо делать, когда не вижу впереди
себя Творящего».
Тогда он попросил помазать его елеем и
помолиться о нём.
– Да у меня и елея нет.
– Можно растительным маслом.
– И масла нет.
– Масло, которое ты в моторы заливаешь, есть?
– Не знаю: мы масло в моторы не заливаем, – это
не наша работа.
– Тогда водой помажь.
Слушай, брат, я могу вымазать тебя с головы до
ног, ты только намокнешь, но больным как был, так и
останешься. Если хочешь, чтобы я это сделал, я
сделаю, только результата не будет, так как не вижу
Господа впереди.
Тогда он говорит мне:
– Давай помолимся.
– Давай. Пусть Христос станет тебе небесной
аптекой. Пусть Он Своим елеем помажет тебя, и ты
уйдешь исцеленным.
Мы стали на колени. Не молились и пяти минут,
как на нас сошла необыкновенная сила. Во время
молитвы свет воссиял, словно молния, такой яркий,
что мои глаза, хотя и были закрыты, но я чувствовал
его и подумал (конечно же не от Бога): столько
времени прошло с тех пор, как я на работе, и ни разу
даже не проверил давление в котлах. Газовые котлы
без присмотра, сейчас может произойти взрыв
котельни. От этой мысли я даже пригнулся, ожидая,
что вот-вот прогремит взрыв. Но тревога была
напрасной, слава Богу!

Я приподнял голову и увидел уже не того
прокаженного человека, который был в рваной
телогрейке, грязных ботинках и порванных носках, а
того Ангела, который всегда приходил ко мне. Он
стоял и улыбался. Я упал ему в ноги, но он поднял
меня и сказал: «Не делай этого. Я был послан
Господом, чтобы проверить тебя и испытать,
поступаешь ли ты в жизни так же, как учишь. Когда
он просил у меня вещи, то о каждой в отдельности
спрашивал, отдаю ли я от сердца, не жалко ли мне ее?
Я послан испытать тебя для того, чтобы, когда
пройдёшь проверку, вручить тебе ещё больше от Бога.
Ты должен быть смелым.

Потом Ангел сказал, что в КГБ я больше не
попаду. Он сказал, что, согласно медицинским
показаниям, я должен был умереть, потому что у меня
отбиты легкие, почки, печень и поджелудочная, но сей
же час у меня прекратятся боли и остановится
кровотечение, и я снова смогу ходить.
Когда я приехал в Америку, то как все, проходил
медицинское освидетельствование. Врач, который
меня осматривал, сказал (говорили через
переводчика):
– Я хочу услышать историю твоей жизни.
– Зачем?
– У тебя была очень необычная жизнь.
– Откуда вам это известно?
– Я вижу это по снимкам и хочу сказать, что люди
с таким здоровьем, как у тебя, не живут. То, что ты
живой, – это чудо. Трудно понять, как ты вообще
двигаешься. У тебя большие проблемы с
позвоночником и внутренними органами. Всё
срослось и зажило как попало. Для меня как врача, –
это загадка.

Я ответил ему на это:
– Да, я знаю, что живу в кредит Господний. Я
давно должен быть с Ним, но Искупитель мой жив!
Он возложит Свои руки и никакая болезнь перед Ним
не устоит. Пусть врачи скажут «смерть», а Христос
скажет: а я дарую ему жизнь. Аллилуйя. Аминь.

 


< - - - - Предыдущая Глава Содержание